Перейти на главную страницуПерейти на главную страницу
Перейти на главную страницуПерейти на главную страницу
Вывести новые произведения, начиная с последнего Добавьте свое произведение
ИНТЕРАКТИВНАЯ КНИГА

ПРОИЗВЕДЕНИЯ

Темы

 Абсурд
 Неопределенная
 Детская
 Городская
 Героическая
 Историческая
 Новаторская
 О поэзии
 Философская
 Фэнтезийная
 Научная
 Ностальгическая
 Грустная
 Фантастическая
 Религиозная
 Любовная лирика
 Аутическая
 Мистическая
 Рекламная
 Юмористическая
 Техническая
 Патриотическая
 Пародийная
 Готическая
 Публицистическая
 Пейзажная лирика
 Драматическая
 Застольная
 Трагическая
 Оназм
 Критика
 Природная
 Приключения
 Детективная
 Еёзм
 Ироническая
 Похмельная
 Здоровый образ жизни
 Эротическая

Жанры

 Пиеса
 Роман
 Басня
 Повесть
 Рассказ
 Пародии
 Повесть
 Стихотворение
 Сага
 Статья
 Твердые формы
 Приколы. От 2-х до 85-ти.
 Поэма
 Баллада
 Стихи в прозе
 Сказка
 Иноязычные произведения
 Стихотворный цикл
 Песня
 Новелла
 Чужие мысли.
 Неопределенный
 Эссе

Рейтинг произведений

 По кол-ву прочтений

Произведения по...

 дате добавления

АВТОРЫ

Рейтинг авторов

 По кол-ву произведений

Авторы по...

 алфавиту

ФОРУМ

Форум


ИНФОРМАЦИЯ

О сервере

 Хромой Пегас
 Создатели
 Меценатам

Друзья

 Ссылки на друзей
Новости проекта
"Хромой Пегас"



Любите ли вы фэнтези? Полюбите!


Заметки о фантастике



ГИБЛОЕ МЕСТО

Автор: geros  

(невыдуманная история)

Часть 1. РАССКАЗ.

В качестве места для очередной и вместе с тем заключительной стоянки в нашем далеко не спортивном велопробеге по Прибалтике мы выбрали заброшенный кемпинг на окраине Юрмалы. Не скажу, что данный выбор был случайным. Весь маршрут был намечен заранее и продуман нами до мелочей ещё в Москве на предварительных сборах, по обыкновению переходивших в процессе обсуждения во всеобщую попойку будущих участников. В частности, о существовании именно этого места я узнал со слов тех из моих спутников, что успели побывать здесь в предшествующие сезоны, отмеченные небывалым всплеском увлечения наших сограждан «диким» автотуризмом. И потому отыскать здесь свободный просвет для установки своей жалкой двухместной «брезентухи» между рядами дач на колёсах и шикарных по тем временам польских палаток с тентом представлялось тогда довольно проблематичным.
Сейчас же мало что говорило о былой популярности кемпинга и жизни, бившей здесь когда-то через край. Об этом напоминали лишь фрагменты простенького забора, отделявшего поляну от окружающего её соснового леса, да крохотная постройка - что-то вроде хозблока для хранения инструментов или будки кассира, собиравшего в своё время дань с автолюбителей, решивших здесь остановиться.
Лишь задействовав воображение, можно было воссоздать первоначальную конструкцию забора, надо признать, сомнительно функциональную в смысле исполнения своего прямого назначения. Помимо обозначения периметра, мог ли быть толк от хлипких столбиков - не более чем очищенных от коры стволов небольшого диаметра, да соединяющих их пар перекладин – верхней и нижней, столь же незатейливо обработанных когда-то, а сейчас серых от времени и крошащихся в труху в немногочисленных сохранившихся точках соединения с вертикальными собратьями.
Бесхозная же хибарка по доброй традиции, сложившейся за годы строительства светлого будущего в нашей великой и тогда ещё дружной многонациональной стране, превратилась в отхожее место для невесть с какого бодуна забредших сюда путников или застигнутых врасплох заблудившихся автомобилистов. И ступать-то в неё было рискованно из-за опасения заполучить на продолжительное время в качестве навязчивого спутника неистребимый запах от обуви, вызывающий большие сомнения в своей утончённости.
Общую атмосферу запущенности дополняло старое заброшенное кладбище на противоположном берегу реки Лиелупе, величественно распахнувшей свои объятья в предвкушении скорого свидания с Балтийским морем и в этом своём бессовестном порыве, казалось, даже превышавшей по ширине Волгу в среднем течении, где-то в районе Ярославля или Костромы.
Из рассказа Хомы, одного из энтузиастов и организаторов нашего похода, мы узнали, что ряд таинственных случаев в округе, а также постепенное запустение кемпинга местная молва напрямую связывала с появлением призраков со зловещего кладбища. Дополнительным косвенным подтверждением этих фактов служила надпись на латышском языке на калитке единственного расположенного поблизости и пустующего дома. Наше любопытство в сочетании с приложенным к нему русско-латышским разговорником, купленным по оказии, давало понять, что надпись гласила - «Продаётся».
Эта тема всплыла среди прочих, когда накануне вечером у костра в ходе неравного и предсказуемо-безнадёжного поединка с алкоголем мы вспоминали события и приколы дня минувшего и строили планы на день грядущий, между делом перескакивая на обсуждение проблем высшей математики и генезиса Третьей симфонии Бетховена. И, несмотря на всю значительность обсуждаемых проблем, наши взгляды нет-нет, да и останавливались на отдельных загадочных огоньках, с завидной периодичностью подмигивающих нам со стороны таинственного погоста на другом берегу.
Но горделивый размах реки, и имя-то которой мало кто знал, не позволял нам даже днём разглядеть мелкие детали ландшафта противоположного берега, что, правда, волновало всех нас в самую последнюю очередь. Более вдохновлял сам факт наличия неисчерпаемого запаса воды для технических нужд, что в походных условиях служило немаловажным доводом в пользу разумности выбора места для лагеря.
Другой потенциальный объект вдохновения - песчаные балтийские пляжи, столь ценимые многими из наших сограждан, находились в довольно приличном для пешей прогулки отдалении от кемпинга, как и зона обитания цивилизованной части населения, растянувшаяся узкой полоской вдоль всего побережья. Крайние, дальние от моря, но ближайшие к кемпингу заселённые дома местечка Меллужи, одного из районов Юрмалы, находились в пятнадцати-двадцати минутах пешего хода. Но что для нас пешеходные мерки? Мы даже и чувствовали-то себя совсем иной, привилегированной кастой, ведь как-никак, а наш относительно скоростной при определённом навыке двухколёсный транспорт позволял преодолеть это расстояние минут за пять по извилистым лесным тропинкам, утоптанная ровная поверхность которых там и сям разрывалась мощными корнями преобладающих в окрестностях сосен. Эти природные препятствия приходилось учитывать при наших лихих велосипедных спуртах, тем более, в случаях транспортировки особо ценного и хрупкого груза в виде десятка-другого бутылок дешёвого портвейна, закупленных в ближайшем магазинчике на самой окраине жилого сектора, и с нетерпением ожидаемых в лагере.
Этот день исключением не стал, и подготовка к вечерним дебатам у костра была проведена с должной ответственностью. Даже определённый урон, нанесённый запасам в течение дня, положения не менял. Наш девиз «помни о главном, но не забывай и о второстепенном» был реализован сполна, и наличие этого самого «главного» в виде батареи портвейна, рассредоточенной у полога одной из палаток, вызывало чувство глубокого удовлетворения и вселяло уверенность.
Дневной рейд за портвейном и последующая его дегустация дали о себе знать, и на долгие посиделки нас не хватило. Как-то совсем незаметно народ расползся по палаткам, и я оказался в одиночестве рядом с угасающим костром. Оставалось море недопитого портвейна, но его перемещение внутрь организма воспринималось им самим без былого энтузиазма. Скорее, наоборот. Одна только мысль о чуть сладковатом вкусе сего божественного напитка вызывала чувство тошноты.
Да, по большому счёту, в дополнительных возлияниях и не было никакой необходимости. Даже простое спокойное созерцание под лёгкое потрескивание дров в костре привносило в душу ощущение покоя и умиротворения. Спать совсем не хотелось, но иной перспективы, кроме как догонять остальных в их путешествии в царство Морфея, не вырисовывалось. Ничего не оставалось, как выкурить на сон грядущий сигаретку под чуть слышные, чтобы не будить окружающих, звуки битловской «I"m only sleeping». Её завораживающе-монотонная грустная магия заставляла нажимать кнопку «Play» на старом едва живом кассетнике снова и снова изо дня в день, превратив это незатейливое произведение в своеобразный гимн нашего путешествия.
Но почти неощутимо для меня это хрупкое равновесие природы, музыки и духа было бессовестно нарушено, и вся идиллия распалась на свои составляющие. Причём, каждая из них обрела свои индивидуальные черты, и пути их бесповоротно разошлись в выборе дальнейших перспектив своего существования. Песня просто закончилась. Окружающая природа на первый взгляд вроде бы и сохранила свои очертания, но постепенно, подобно первому, поначалу едва заметному и нерешительному движению в кронах деревьев, предвещающему порыв бури, пришло ощущение присутствия необъяснимого враждебного начала в непосредственной близости от едва тлеющего костра. По мере трансформирования смутной тревоги в неопределённые визуальные образы, приобретающие в обманчивом свете костра всё более зловещие формы, меня прямо-таки пробрала дрожь.
Поэтическое, почти восторженное состояние души, основанное на тот момент в большей степени на веселящем действе портвейна, как-то сразу улетучилось. Более того, безо всякого перехода на смену ему накатил похмельно-депрессивный синдром со своими непременными пособниками и прихвостнями в обличии озноба и необъяснимой тревоги,

Отзывов нет   Добавить отзыв

Автор: geros  

Добавлено: 21.10.2010 12:32:00
Создано: 11-12.2008
Относится к теме: Фантастическая  
Относится к жанру: Эссе  




®

При воспроизведении материалов этого сайта ссылка на http://www.lame.ru/ обязательна.
Изготовление сайта ООО "Вилмарк Групп"

  Фэнтези и фантастика. Рецензии и форум
все авторы